Первый раз я услышал про огурец-коня — и решил, что это добрая шутка. Ну, знаете, как у нас объясняют детям Масленицу через блины. Потом увидел фотографию: на деревянной дощечке лежат два овоща, в каждый воткнуты четыре палочки-ноги из ломаных зубочисток. Огурец — тонкий, приподнятый, как скакун перед прыжком. Баклажан — грузный, основательный, явно не для скачек. И это никакая не шутка. Это макомукаэ (迎え火, mukaebi) — огонь встречи. Середина августа. Япония ждёт мёртвых в гости.
Что такое Обон и откуда он взялся
Обон (お盆, Obon) — буддийский праздник поминовения предков, который отмечают в Японии с VII века. Его исток — индийско-китайская сутра об ученике Будды по имени Маудгальяяна (Могалана), который силой медитации увидел, что его умершая мать мучается в мире голодных духов. Будда указал ему путь: накормить монахов в 15-й день седьмого лунного месяца, и тогда мать освободится. Ученик так и сделал — и возрадовался. Отсюда и японское слово бон одори (盆踊り, bon odori): «танцы Бон», танцы от радости.
В Японии праздник прижился, смешался с местным синтоистским культом предков и стал чем-то совершенно своим. Сегодня большинство японцев не спросят тебя про сутры. Они скажут: «Обон — когда родители возвращаются».
Точные даты зависят от региона. В Токио и части Канто Обон — с 13 по 15 июля по григорианскому календарю. В большинстве остальных регионов — с 13 по 15 августа. Это «новый Обон» (新盆, Shin-bon) и «старый Обон» (旧盆, Kyu-bon). Окинава иногда держится лунного календаря и отмечает ещё позже. Короче говоря, Япония умудряется праздновать одно и то же трижды в разные даты — и никто не считает это проблемой.
13-е: огонь встречи
Вечером 13-го перед домом или на кладбище жгут мукаэби (迎え火) — небольшой костёр из конопляных стеблей огара (麻幹). Дым, как считается, указывает душе дорогу. Запах специфический — чуть смоляной, слегка горький. В городах огара купить сложнее, и некоторые семьи заменяют его готовыми наборами из супермаркета или просто зажигают фонарь у ворот.
На домашнем алтаре бон-дана (盆棚) расставляют угощение: рис, овощи, фрукты, любимые блюда умершего. В некоторых домах кладут сохэн — соломенные циновки — и развешивают бумажные фонарики тёрин (提灯).
И вот тут появляются они. Огурец-конь (кюури но ума, 胡瓜の馬) — чтобы предок доскакал домой как можно быстрее. Баклажан-корова (насу но уси, 茄子の牛) — чтобы уходил обратно медленно, не торопясь, задерживался подольше. Ноги — зубочистки или тонкие палочки. Уши иногда лепят из кусочков того же овоща. Это не дешёвая поделка — это транспортное средство для духа. Серьёзно.
Региональные вариации бесконечны. В префектуре Фукусима, например, делают не лошадь, а целую упряжку. В Киото алтарь устроен иначе, чем в Осаке, — другой порядок блюд, другие цветы. Японское искусство и визуальная культура в каждом регионе сохраняет свои особенности, и праздник предков — не исключение.
14-е и 15-е: три дня без разлуки
Семьи навещают кладбища. Убирают могилы — метут, моют надгробия, меняют воду в вазах. Запах свежесрезанных хризантем и курительных палочек о-сэнко (お線香) — это и есть запах Обона в Японии. Терпкий, чуть сладковатый. Поднимаешься по каменным ступеням старого буддийского храма под соснами — и уже слышишь.
По вечерам начинается бон одори (盆踊り) — танцы под открытым небом. Традиционно их исполняли, чтобы успокоить духов умерших, помочь им не заблудиться. Сегодня это скорее общегородской праздник: деревянная вышка-ягура (櫓) в центре площади, барабан тайко (太鼓) гремит так, что чувствуешь в рёбрах, люди в юката (浮帯) кружат в медленном хороводе. Движения простые, их можно подхватить с третьего круга. Детям раздают леденцы амэ. Пожилые женщины танцуют лучше всех — они помнят это с детства.
Самый известный региональный стиль бон одори — Авабон (阿波踊り, Awa-Odori) из Токусимы на острове Сикоку. Проводится с 12 по 15 августа, собирает больше миллиона зрителей. Танцоры движутся особым шагом — чуть наклонившись вперёд, руки вверх, как крылья — и это завораживает даже на видео. Вживую, говорят, пробирает до мурашек.
16-е: огонь проводов
Вечером 16-го жгут окуриби (送り火) — «огонь проводов». Пора. Три дня прошли.
Самый грандиозный окуриби в Японии — Даймондзи Окуриби (大文字送り火) в Киото. На пяти горах вокруг города поджигают огромные фигуры: иероглиф 大 («большой», «великий») на горе Нёйгатакэ, лодку фунэ на горе Фунаяма, тории тории на горе Манdarayama и другие. Они горят примерно полчаса. Жители Киото наблюдают с мостов через Камо, с крыш, с берегов. Август, жара ещё стоит. Дым уходит в чёрное небо.
В других регионах пускают фонарики по реке — тōрō нагаси (灯籠流し). Бумажный фонарик со свечой внутри кладут на воду — и он плывёт. Тихо. Долго. Сотни огоньков на тёмной реке — и ни один не похож на другой.
Обон сегодня: отпуск, пробки и живые
Обон — один из трёх главных периодов массовых перемещений в Японии (наравне с Новым годом и «Золотой неделей»). Сотни тысяч японцев едут из Токио и Осаки в родные деревни. Синкансэн забит. Трассы стоят. Цены на авиабилеты взлетают вдвое.
Это важно понимать: Обон — не музейный экспонат и не туристический аттракцион. Это живой семейный праздник. Люди возвращаются домой, потому что дома ждут не только живые родственники.
Многие японцы, с которыми говоришь об Обоне, не называют себя религиозными. Они не ходят в храм каждую неделю, не знают буддийских сутр наизусть. Но 13 августа они всё равно жгут огара и ставят на алтарь огурец с палочками вместо ног. «Так делала бабушка», — говорят они. И этого достаточно.
Что в этом огурце
Я долго думал: что меня так зацепило в этих овощных фигурках? Наверное, вот что. Во всех культурах есть способы говорить с умершими — молитвы, цветы, поминальные трапезы. Но японцы пошли дальше: они логистически озаботились этим визитом. Предок летит к тебе — дай ему быстрого коня. Предок уходит — дай ему медленную корову, пусть задержится. Это не суеверие. Это забота. Очень конкретная, очень японская.
Три дня в году смерть в Японии меняет направление. Не мы идём к умершим — они приходят к нам. Садятся за стол. Едят любимый суп. А потом уходят обратно на медленном баклажане. И ты смотришь им вслед — через дым окуриби, через огоньки на воде — и думаешь: а что, если они действительно были здесь?